Художественная культура и искусство Теория машин и механизмов Математический анализ Электротехника и электроника Расчеты электрических цепей Начертательная геометрия Примеры выполнения заданий
контрольной работы
Лекции и задачи по физике Компьютерная  безопасность Информационные системы Получение электрической энергии Атомная физика
Курс лекций по истории искусства Мусульманская культура Тибетский буддизм Традиционная культура Японии Культура Африки Культура Византии. Основные произведения раннего христианства Начало Возрождения в Италии барокко и классицизм

Под влиянием учения дзэн в японской поэзии получают развитие несколько основных жанров. Искусство владения жанром танка было обязательным для придворного. В основе танка лежит стремление человека выразить сиюминутное впечатление от явлений окружающей действительности:

Цветы — весной.

Кукушка — летом.

Осенью — луна.

Чистый и холодный снег —

Зимой.

(Догэн)

Танка существовала и до дзен (складывалась во времена Манъёсю).

Другой жанр рэнга («написанные строки») появляется под влиянием дзен. В основе его построения лежит вака (японская песня). Стихотворение разбивается на части и двое импровизируют в виде вопросов и ответов.

Еще один жанр — хокку состоял всего из 17 слогов. Этот жанр отпочковался от рэнга. Суть хокку определялась одним понятием — аварэ (вздох). Хокку — это вздох восхищения, радости, печали, сожаления краткостью, мимолетностью мига. Выдающимся поэтом жанра хокку был дзэнский монах Басе (XVII в.). Мир Басе предстает в поэзии как только что увиденный и потому воспринимаемый с изумлением и восхищением. Сам поэт считал, что настоящее хокку может написать только пятилетний ребенок. Однако внешняя простота и легкость поэзии Басе обманчивы, так как за ними скрывается сложный противоречивый духовный мир человека.

Стихи в Японии сочиняли все, это было сравнимо с сотворением молитвы. Сочиняли, как заклинали, и писали обо всем, что волновало душу. А волновало многое: цветение вишни или сливы; туман над рекой; луна, плывущая в облаках; пурпур осенней листвы. Японцы глубоко верят, что слово обладает силой, что у него есть душа. Стихи возникают, когда у человека радость или горе, они облегчают душу, наполняют ее восторгом. В древности, из поколения в поколение, государь должен был по утрам наслаждаться и восторгаться благоухающими цветами весны, по ночам, освещаемым осенним месяцем, созывал придворных и повелевал им слагать подходящие к моменту песни. Придворные же обязаны были отдавать на суд императора свои стихи о странствиях, сочиненные «под звон цикад».

Веря, что слово произрастает из души вещей, что оно способно на божественное участие в жизни человека, японцы старались увидеть ее в явлениях действительности и отразить в слове, точнее, соединить со словом. Душа, по их мнению, есть и в человеке, и цветке, и камне. «Знать цветок — значит стать цветком, быть цветком, цвести, как цветок, и радоваться солнечному свету и дождю, — пытается донести дух дзэн Судзуки. — Когда это происходит, цветок говорит со мной, и я знаю его тайны, все его радости, его страдания, а значит, всю жизнь, трепещущую в нем».* Японцы, как и китайцы, всегда помнят, что ритм живой природы пронизывает все сферы жизни. Путь искусства — тот же процесс естественного роста, подчиненного закону. Закон живого ритма придает японскому искусству что-то такое, что позволяет воспринимать его как искусство нашего времени.

Японцы испокон веку испытывали наслаждение от красоты живой, дышащей природы. Им и в голову не приходило, что можно превзойти видимое, создать красоту, которая сама по себе выше природы и человека. Японский мастер не подражает образам, формам, но старается пробудить душу вещи.

«Мир, в котором нет места для борьбы, где все пребывает в текучем пространстве, — свет перетекает в тьму, покой в движение, форма в содержание, и наоборот. Японская эстетика открывает неведомое: Пустота таит в себе скрытую красоту, хаос не пугает, мрак таит в себе свет» .*

Начинающаяся с XVII в. эпоха Мэйдзи, которую характеризует образование централизованного государства, выдвинула задачу создания единого национального литературного языка. Проблема заключалась в том, чтобы устранить различие в устных и письменных формах языка. Устно-разговорный язык опирался на местные диалекты, а письменный язык был привязан к классическим текстам, заимствованным в прошлом у китайцев и развитым самими японцами. При создании новых терминов японцы стремились к точности передачи смысла. Проблема остро обозначилась, но в период Мэйдзи не получила окончательного решения, и «до сих пор сохраняется значительное расхождение лексики письменной и устной форм японского языка» .*

Тематика японского искусства в IX-XI вв. была преимущественно религиозной, но рамки ее были расширены. Толчок этому дало учение Сингон, согласно которому Вселенная является выражением сущности Будды, присутствующего во всех одушевленных и неодушевленных предметах. Это давало возможность скульпторам и художникам изображать не только мягких, исполненных благочестия будд, но и грозные божества, символизирующие различные силы природы. Все ужасное, отталкивающее, гротескное получило право на существование в искусстве, ибо рассматривалось как различные аспекты божественного.

Древнеяпонская керамика.

Пагода в Якушиджи.VII в.

Искусство можно классифицировать по разным основаниям, следуя различным принципам классификации. Рассматривая материальное бытие художественной формы, различают искусство пространственные (живопись, графика, скульптура, декоративное искусство, архитектура), временные (музыка, словесное искусство) и синтетические, пространственно-временные (театр, кино, танец), технические (кино, фотография, телевидение)
Древние тибетские легенды